От штрафа не уедешь!


Марианна Ожерельева: Итак, мы продолжаем выпуск программы «ОТРажение». Не заплатил за парковку – получи блокиратор на колеса. Таким способом в Казани решили бороться с неплательщиками. Автовладельцы по-разному пытаются уйти от оплаты парковки – снимают номера, закрывают бумажками, даже снегом (сейчас удобно) залепляют.

Виталий Млечин: Да, сейчас действительно удобно, но с этим проще бороться. А вот когда снял номер – то уже все, вроде ничего не сделаешь, ни штраф не выпишешь, ни даже особо эвакуатор не поможет, это сложно с юридической точки зрения. Кстати, камеры наблюдения тоже пробовали, также не помогло. Теперь на борьбу с нарушителями пришли блокираторы. В мэрии Казани отчитались: благодаря нововведению увеличилось как количество свободных мест на парковках, так и число тех, кто все-таки решил заплатить. Насколько эта мера эффективна и насколько она законна? Будем обсуждать в ближайшие полчаса. Что вы думаете по этому поводу? Тоже обязательно нам расскажите. 8-800-222-00-14 – телефон прямого эфира, 5445 – короткий номер для ваших СМС-сообщений, это бесплатно.

Марианна Ожерельева: И про законность. На связи с нашей студией Леонид Ольшанский, почетный адвокат России, лауреат премии, лауреат премии «За права человека». Леонид Дмитриевич, здравствуйте.

Виталий Млечин: Леонид Дмитриевич с нами по телефону сегодня, к сожалению.

Леонид Ольшанский: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Леонид Дмитриевич, скажите, пожалуйста, насколько с юридической точки зрения это все возможно?

Леонид Ольшанский: Это кардинально незаконно по двум причинам. Первая: несколько лет назад у нас состоялся Пленум Верховного Суда, выше некуда, и он сказал, что когда машина движется, на ней должны быть номера. Если она стоит, она перешла из категории административного права в категорию гражданского права, и в ней можно делать все что угодно – снимать номера, целоваться, распивать вино. Только с той секунды, как машина двигалась, какие-то санкции. Поэтому без номеров или с залепленными номерами стоять можно.

Второе. Любой конституционный суд начинается с цитаты: «Согласно части 3 статьи 55 Конституции любое ограничение прав граждан возможно только по федеральному закону». Берем федеральный закон, какой он у нас? Административный кодекс России. Там вообще нет никаких санкций за неоплату на платной парковке. Почему? Потому что это гражданские отношения. Разницы нет – не заплатил плотнику за то, что он тебе починил ступеньки на террасе на твоей даче, не заплатил портному за то, что он пошил тебе костюм. Все вопросы – через суд.

Блокиратор не предусмотрен кодексом за это дело. Поэтому это (пафосно скажу) вопиющее нарушение Конституции, и пользуются они только тем, что, вероятно, водитель ушел, и они этот блокиратор поставили. Это незаконно, надо судиться, и надо понять, какой это документ. Просто без документа или это распоряжение мэра Казани или это распоряжение руководителя региона. Важно то, что это не федеральный закон. А у нас президент нашей страны неоднократно говорил, что все документы местных властей необходимо привести в соответствие с федеральным законом. Поэтому я думаю, что эта инициатива долго не проживет.

Виталий Млечин: Леонид Дмитриевич, но все-таки платить за парковку надо? И люди, которые уходят таким образом, пользуясь этой лазейкой в законодательстве, ставят машину на платную парковку, снимают номер и уходят – они же все-таки тоже нарушают закон?

Леонид Ольшанский: Нам же сказал …. Скажите, если я взял у вас в долг деньги и не отдаю – я нарушаю закон? Нарушаю. Давайте в суд бегите, но взламывать мою квартиру принудительно вы не можете. Можно привести много примеров. Ударил – это административное дело, травмы кто-то получил – это уголовное дело, не заплатил – это гражданское дело. Нельзя заниматься принуждением, если так по-простому, не превращать нашу передачу в академию наук.

Виталий Млечин: Есть какая-то альтернатива все-таки?

Леонид Ольшанский: Я вам отвечаю – да. Теперь так. Почему многие люди воровали после войны? Есть было нечего. Почему «Черная кошка» появилась? Оружие по лесам болталось после войны, пока не навели порядок.

Ко мне, как вице-президенту движения автомобилистов России, поступает большое количество жалоб из разных регионов нашей великой страны. Все жалобы как под копирку. Нас выживают как класс. Где-то стоит знак «Стоянка запрещена», он заканчивается, стоит знак «Платная парковка». А куда поставить машину? Люди отъезжают 100-200 метров, заставляют машинами дворы, детские садики, мероприятия для детей, зеленые насаждения, траву заставляют. Поэтому надо дать автомобилистам хоть какую-то возможность где-то встать бесплатно. Инвалиды, ветераны жалуются: «Мы приехали в собес, мы приехали в больницу, а там только платная парковка, у нас нет денег платить».

Поэтому вопрос очень большого социального звучания – все эти платные парковки. Народ негодует, негодуя, он делает мало. И следующий шаг, я вам скажу, что будет дальше. В Москве, игнорируя федеральный закон Лужков ввел эвакуаторы и блокираторы, их тогда не было в кодексе. И что? Люди ломали эти блокираторы. Подходит милиция, они говорят: «Это моя собственность, кто дал право это делать?». Поэтому я предполагаю, что эти блокираторы будут ломать, пилить.

Виталий Млечин: А за это какая ответственность с юридической точки зрения?

Леонид Ольшанский: Это спорный вопрос. Первое. Статья 14 гражданских прав «Самозащита», другая сторона будет говорить «Самоуправство», там небольшой штраф. Реализация своих прав вопреки установленному порядку. Вы должны были подать в суд. В какой суд мне ехать надо? Будут многочисленные суды, но будут шить статью «Самоуправство», я так думаю.

Марианна Ожерельева: Еще уточню. Смотрите, получил блокиратор, но при этом получается, ты же не заплатил парковку, значит, пошел в суд оспаривать это решение, что, видите ли, ему там незаконно блокиратор поставили, но при этом он же не заплатил за парковку?

Леонид Ольшанский: Ответ судьи будет один: «Выдавайте два дела, административное и гражданское, не смешивайте». Он не заплатил за парковку, а вы, господа, из фирмы, обслуживающей парковку, считаете, что должен? Через суд давайте берите деньги. За квартиру не заплатил? Мы же через суд просим деньги. За воду, за свет, за газ, за телефон – все вопросы через суд. А вы что сделали? Вместо того, чтобы взять с него деньги через суд, а сейчас у нас очень оперативно работают суды, я напомню, у нас есть нижнее звено – мировой судья – именно для таких так называемых «маленьких дел». Поэтому им скажут: «Вот это объединение исков в суде не пройдет. Если он сломал вам блокиратор, а вы считаете, что он действовал незаконно – давайте отдельный суд. Ищите ему статью, может, мелкое хулиганство». А он будет говорить, что необходимая оборона, вынужденная необходимость, ехать надо. Соединить оба этих дела в одном суде не получится.

Виталий Млечин: Понятно.

Марианна Ожерельева: Знаете, что еще пишут: «Почему нет закона, чтобы не ставили машины дворе? Пройти невозможно и дышать нечем».

Леонид Ольшанский: Отвечаю. У нас есть знак, запрещающий стоянку.

Марианна Ожерельева: Запрещающий.

Леонид Ольшанский: Да. Если во дворе повесят знак «Стоянка запрещена», значит, она будет запрещена, и можно вызывать горячо любимого нами инспектора ГАИ, и будут наказывать.

Виталий Млечин: Понятно. Спасибо.

Леонид Ольшанский: Но вы видите, как, даже вы сейчас подтвердили письмами наших зрителей, что люди ставят машины во дворе, почему? Потому что им на улице нет возможности поставить. Повторюсь – или стоянка запрещена или платная парковка. Так нельзя, надо хоть немножко освободить. Ведь президент нашей страны всегда говорит, что любой документ должен отвечать трем требованиям: законность, обоснованность и справедливость. Но какая же тут справедливость, когда негде поставить машину.

Марианна Ожерельева: Спасибо, Леонид Дмитриевич.

Виталий Млечин: Спасибо огромное.

Марианна Ожерельева: На связи с нами был Леонид Ольшанский, почетный адвокат России, лауреат премии «За права человека».

И послушаем, посмотрим очень интересный сюжет.

Виталий Млечин: Небольшой сюжет, да. Наши корреспонденты спрашивали у людей на улицах, нужно ли использовать блокираторы для тех, кто либо неправильно паркуется либо не платит за парковку. Давайте посмотрим.

Марианна Ожерельева: Интересно, да.

ОПРОС

Виталий Млечин: Вот такая логика, с одной стороны, если не увезли машину, то как бы быстрее и лучше, с другой стороны, если машину поставил неправильно, она мешает, то ее в любом случае надо увозить.

Марианна Ожерельева: Да, мне понравилось, что вместе с блокираторами будут и колеса снимать.

На связи с нами сейчас Антон Шапарин, вице-президент Национального автомобильного союза. Антон, здравствуйте.

Виталий Млечин: Антон Владимирович.

Антон Шапарин: Да, приветствую вас.

Марианна Ожерельева: Тут были штрафы, эвакуаторы, блокираторы. Скажите, пожалуйста, с точки зрения закона нам уже сказали, что это недопустимая мера. А с точки зрения, чтобы все-таки навести какой-то порядок на этих парковках и получить деньги за эту парковку, можно или нет их использовать, насколько это вообще действенно?

Антон Шапарин: Вы знаете, несколько таких чудесных приборов жители Казани уже срезали. И после этого начались разбирательства, по какой статье проходит эта порча имущества. Поэтому я не думаю, что это действенная мера. Во-первых, сэкономить время не получится, потому что кто-то же должен будет снимать этот блокиратор, вероятно, тот, кто его поставил. Во-вторых, последний из участников сказал абсолютно разумную вещь о том, что это не повлияет на безопасность дорожного движения в положительном ключе просто потому, что проблема остается.

И дальше звучали достаточно справедливые мнения о том, что припарковаться, а где припарковаться? Тотальный дефицит парковочного пространства собственно и создает ситуации, когда люди должны сбрасывать машину куда-то просто потому, что больше некуда.

Я сейчас нахожусь в подразделении ГИБДД, в котором осуществляются регистрационные услуги. И сюда приезжает очень много людей. И с парковкой тут такая засада, вы не представляете. А сюда априори приезжают на машине. Так что если здесь еще возьмут и установят блокираторы тем, кто припарковался неправильно, допустим, на пять минут, я считаю, что это вызовет просто абсолютный коллапс на этой улице.

Поэтому полагаю, что необходимо все-таки сначала создавать инфраструктуру, чтобы у людей была возможность собственно по правилам припарковаться, и только потом вводить репрессивные меры.

В Москве ситуация противоположная, там сначала сократили парковочные пространства (драматически сократили), и этот процесс идет сейчас по всем городам страны, а потом придумывают репрессивные меры, в частности с использованием эвакуаторов, которые принадлежат вполне понятным частным компаниям и приносят им вполне заметные деньги. Так что, к глубокому сожалению, здесь телега оказалась впереди лошади – мы не о безопасности заботимся, а о финансовой стороне вопроса.

У нас президент говорил о том, что основная задача (это написано даже в уставе ГИБДД) – предупреждение нарушение. И здесь мы опять уходим в эту финансовую плоскость, которая никому не нужна, и ничего, кроме проблем, не создает.

Виталий Млечин: Антон Владимирович, ни в коем случае не подвергая сомнению то, о чем вы сейчас говорили, но власти же говорят вот о чем: «Мы вводим платные парковки не для того, чтобы зарабатывать деньги, а для того, чтобы разгрузить город». Скажем, в центре Москвы действительно, там раньше стояли машины в три ряда, а теперь только в один. И проехать можно, и общественный транспорт стал лучше ходить, и так далее. Тут какая-то грань все-таки возможна, какой-то компромисс между тем, что все-таки действительно должны быть парковочные места, куда люди могут поставить машины, но в условиях, когда места объективно не хватает, как в центре Москвы и в центре любого другого крупного города, как все-таки быть?

Антон Шапарин: Вы знаете, не любого другого крупного города. Есть огромное количество цивилизованных городов в Европе, например, где проблема парковочного пространства решается путем строительства парковки, в том числе подземной.

Виталий Млечин: Да, но они абсолютно все платные, там нет бесплатных парковок.

Антон Шапарин: Они могут быть платными. Они просто есть. Пускай они будут платными, но они должны быть.

Виталий Млечин: И они, кстати, очень дорогие, подземные парковки гораздо дороже, чем парковки на улице.

Антон Шапарин: Они дешевле, чем в Москве. Сейчас парковка только в Риге дороже, чем московская. Даже в ультра-туристических центрах городов парковка дешевле, чем в Москве. Собственно, с платной парковкой – она должна существовать как опция, точнее подземная парковка должна существовать как опция. Да, она может быть дороже, но при этом она должна быть.

Здесь же радикальное сокращают количество парковочного пространства, а потом создают сложности для автовладельцев. При этом ни о каком балансе речь не идет. Речь идет о механическом тупом выдавливании людей из центра, и они начинают искать возможности.

Марианна Ожерельева: Нам еще много пишут, что все-таки давайте штрафовать, в цивилизованном мире повысили штрафы для автовладельцев, и это как-то выправило ситуацию. Учитывая весь подтекст и с инфляцией за 2021 год, и с уровнем зарплаты, и с количеством тех, кто проживает за границей минимального размера оплаты труда, можно ли у нас эти штрафы вот так взять, резко повысить и ожидать, что, может быть, оно станет лучше, не ставить блокираторы и эвакуаторы, чтобы деньги опять же шли в карман частникам, а как-то исправить здесь, может быть, действительно подействовать через штрафы?

Антон Шапарин: В вашем вопросе содержится и ответ. У нас в стране экономическая ситуация, конечно, не улучшается. Мы видим, что и зарплаты не растут и людей без работы больше остается, собственно, ситуация сложная. И это приведет к одному плачевному результату – у нас повысится количество людей, которые не платят штрафы, у нас уже растет количество людей, которые, например, не оплачивают ОСАГО. Начнет расти еще и это количество, ГИБДД долго боролось за то, чтобы повысить собираемость, ввели скидку в 50% для ряда составов просто для того, чтобы люди платили. Они просто бросят, не будут платить, и особых методов воздействия у службы приставов, например, на большую часть граждан просто нет, потому что у нас больше половины населения просто не имеет тот же самый загранпаспорт.

Поэтому здесь нельзя идти с точки зрения давления рублем, потому что нельзя бесконечно не кормить корову, она сдохнет.

Виталий Млечин: Ох, ну вот.

Марианна Ожерельева: Кто-то еще пытается получить ответ на вопрос.

Виталий Млечин: Антон Владимирович снова с нами.

Антон Шапарин: Собственно, корову нельзя бесконечно не кормить.

Я частенько бываю у вас в эфире, в один из последних эфиров мы обсуждали парк, автомобильный парк россиян. И ваши же зрители говорили: «А я вот езжу десять лет на «шестерке»». «А я вот езжу двадцать лет на «пятерке»». О чем это говорит? О том, что у нас старый парк, дешевые машины, средней российской машине 14 лет. И нельзя говорить о том, что у этих людей много денег.

Поэтому механическое повышение штрафов не даст результата, это во-первых. Во-вторых, не так давно вице-спикер Совета Федерации Турчак прямо сказал, что подготовленный Минюстом, но неопубликованный проект нового КоАПа, который подразумевал не повышение штрафов тотально везде, а введение нескольких жестких статей, он откровенно репрессивный. Поэтому мы не можем говорить о том, что вот такое повышение штрафов, которое предлагают отдельные горячие головы, будет поддержано государство. Потому что у государства есть люди, которые реально понимают ситуацию и реально говорят: «Мы не можем, просто это не произойдет, мы это не примем».

Марианна Ожерельева: Давайте послушаем звоночек, Галина из Оренбургской области.

Виталий Млечин: Галина, здравствуйте.

Марианна Ожерельева: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я не автомобилист, у меня нет автомобиля, но я считаю, что здесь все неправильно. Почему на платные парковки власти выделяют землю, а на бесплатные – нет? И потом, когда ставят эти блокираторы на мою собственность, машину, мне кажется, это вообще нарушение закона, это порча чужого имущества, это нарушение, да.

Марианна Ожерельева: Нарушение, да. Нам сказал адвокат, что так делать нельзя.

Зритель: Нет, это я так думаю, я не слышала адвоката.

Марианна Ожерельева: Ранее был.

Зритель: Какое вы имеете право на мою машину что-то там без моего ведома ставить. Вот у меня такое мнение.

Виталий Млечин: А парковку-то надо оплачивать, если она платная, или не надо?

Зритель: А почему она платная? Скажите, почему на платные у нас есть земля, выделяется, а на бесплатные – нет? У нас автомобилисты – самые богатые люди, что ли?

Виталий Млечин: Понятно.

Марианна Ожерельева: Спасибо.

Зритель: Я считаю, что их вообще загнали в угол, автомобилистов.

Виталий Млечин: Понятно, спасибо.

Марианна Ожерельева: Антон, а правда это соотношение «платные-бесплатные», то есть оно в разы отличается, условно, на платные действительно есть земля, а на бесплатные – все меньше выделяют пространства?

Антон Шапарин: Безусловно, целый ряд городов (и не только Москва) решили, что каждый квадратный метр площади должен приносить прибыль. Собственно, когда вводили платные парковки в Омске, я читал стенограмму заседания Совета депутатов, они прямо обсуждали не безопасность дорожного движения, а сколько денег они соберут. Поэтому здесь речь только исключительно про деньги.

Марианна Ожерельева: А на что потом потратят вот эти деньги?

Антон Шапарин: А деньги тратят неизвестно на что. В Москве, например, их тратят на якобы благоустройство чего-то там. То есть не на создание парковочного пространства, а вот на нашу пресловутую плитку, уложенную непонятно как.

Марианна Ожерельева: А в Омске на что?

Антон Шапарин: Что?

Марианна Ожерельева: В Омске вот тоже. Может быть, для автомобилистов что-то сделали?

Антон Шапарин: А в Омске тотально дефицитный бюджет, у них жесткие проблемы с финансами, и они тратят их просто на городское выживание. Так что здесь не до жиру им. Поэтому они просто решили: «А давайте стричь еще и здесь, мы вроде бы можем, у нас есть городское пространство».

Виталий Млечин: Нам пишут из Москвы: «Коллапс парковочных мест не только в центре, но и в спальных районах. Живу в ближнем Подмосковье, Восточном Бутово, у нас просто катастрофа». Как вы думаете, Антон Владимирович, у нас осталось 30 секунд, все-таки понятно, что, видимо, уже отменять платные парковки никто не будет, но какое будущее вообще у этого всего, как вы считаете?

Антон Шапарин: Те, кто принимают решения, собственно, не интересуются, как там в Восточном Бутово будут выживать люди, которые живут в огромных человейниках по 30 этажей, куда они будут парковать автомобили, их это не интересует. Их интересует принос прибыли. Поэтому будет не очень хорошо, откровенно говоря.

Виталий Млечин: Понятно.

Антон Шапарин: Нас будут душить всеми возможными способами.

Виталий Млечин: Спасибо большое.

Марианна Ожерельева: Спасибо.

Виталий Млечин: Нерадостный такой вывод, да, но зато как есть, так и говорим. Антон Шапарин, вице-президент Национального автомобильного союза был с нами на прямо связи.

Из Кировской области пишут: «Платных парковок вообще не должно быть, территория должна быть общей».

Марианна Ожерельева: Из Свердловской области интересное решение: «Нет машин – нет проблем». Логично

Виталий Млечин: Радикальное решение, но оно достаточно эффективно.

Избранные посты
Недавние посты
Архив
Поиск по тегам
Мы в соцсетях
  • Facebook Basic Square
  • Twitter Basic Square
  • Google+ Basic Square